ГлавнаяРазнообразие подводного мира • Нос к носу с акулой

Нос к носу с акулой

Рубрика: Разнообразие подводного мира

Глава двенадцатая. НОС К НОСУ С АКУЛОЙ

Впервые я встретился под водой с акулами в 1939 году у острова Джерба близ берегов Туниса. Это были внушительные экземпляры восьмифутовой длины, отливающие темной бронзой. Они плавали попарно в сопровождении свиты прилипал. При виде этих бестий мне стало как то не по себе, а нырявшая вместе со мной Симона была просто в ужасе. Акулы надменно проследовали мимо.
Джербские акулы были все внесены в специальную реестровую книгу. Эту книгу я ревниво сохранял до самого 1951 года, пока мы не попали на Красное море; здесь акул было такое множество, что моя статистика утратила всякую цену. Из многочисленных - более ста - встреч с акулами всевозможных видов я сделал два вывода: первый - чем ближе мы знакомимся с акулами, тем меньше знаем о них, второй - никогда нельзя предугадать заранее, как поведет себя акула.
Человека отделяют от акулы сотни миллионов лет. Акула по прежнему живет в мезозойской эре, когда на земле шло горообразование. За триста миллионов лет она изменилась очень незначительно. Время, заставившее других обитателей моря пройти сложную эволюцию, почти не коснулось этой безжалостной неуязвимой хищницы, этого исконного убийцы, издревле вооруженного для борьбы за существование.
Солнечный день в открытом море между островами Боавишта и Маю в архипелаге Зеленого мыса. Атлантический океан обрушивает на торчащий из воды риф тяжелые валы, взлетающие вверх высокими фонтанами. Подобное зрелище не вызывает у гидрографов особой приязни, и они тщательно отмечают такие места, чтобы предостеречь мореплавателей. Однако "Эли Монье" тянет именно к рифам. Мы бросаем якорь около самой скалы: воды вокруг рифов кишат жизнью. Здесь мы будем нырять с кренящейся на буйных волнах палубы.
Судно немедленно окружили небольшие акулы. Команда забросила в воду самые мощные крючки и за десять минут выловила десять акул. Когда мы отправились за борт с киноаппаратом, оставались невыловленными еще две акулы. Бушующие волны сомкнулись над нашими головами, и мы увидели, как хищницы проглотили каждая по крючку и вознеслись на воздух. На подводных склонах скалы приютились вольные жители океана, в том числе несколько огромных ковровых акул. Три представительницы этого безопасного для человека вида мирно дремали в гротах. Однако наш киноаппарат требовал более энергичных артистов. Дюма и Тайе проникли в гроты и подергали акул за хвосты. Те немедленно проснулись, выскочили наружу и скрылись в голубой толще воды, добросовестно сыграв свою несложную роль.
Немного спустя мы увидели еще одну акулу, в пятнадцать футов длиной. Я подозвал Диди и сообшил на языке жестов, что ему разрешается нарушить наш нейтралитет в отношении акул и пустить в ход свое гарпунное ружье против этой особы. Спусковой механизм ружья развивал энергию в триста фунтов; заряжалось оно шестифутовым гарпуном с взрывчатым наконечником. Дюма выстрелил вертикально вниз с расстояния двенадцати футов. Полуторакилограммовый гарпун вонзился в голову акулы; спустя две секунды послышался взрыв. Нас основательно тряхнуло, ощущение было не из приятных. А акула невозмутимо продолжала свой путь, неся гарпун в голове наподобие флагштока. Несколько резких движений, и древко пошло ко дну. Акула поплыла дальше. Мы поспешили за ней, чтобы увидеть, чем все это кончится. Акула двигалась как ни в чем не бывало; вот она прибавила скорости и скрылась. Оставалось только предположить, что наконечник прошел насквозь и взорвался снаружи, ибо даже акула не могла без вреда для своих внутренних органов перенести взрыв, который едва не прикончил нас на расстоянии, равном шестикратной длине гарпуна. Наша догадка отнюдь не уменьшила нашего восхищения поразительной живучестью акулы, безболезненно перенесшей близкий взрыв такой силы.
Как то раз, заканчивая съемки спинорогов, мы с Дюма внезапно оцепенели от ужаса - ощущение неприятное и на суше, не говоря уже о морской стихии. Открывшееся нашим глазам зрелище заставило нас остро ощутить, что голому незащищенному человеку не место в подводном царстве. В мутной толще воды на расстоянии сорока футов от нас сверкнуло отливающее свинцом брюхо двадцатипятифутовой Carcharodon carcharias - единственный вид акулы, который все специалисты единодушно считают заядлым людоедом. Дюма, выступавший в роли моей личной охраны, мгновенно очутился рядом со мной. Чудовище медленно приближалось. Я утешался лишь тем, что баллоны со сжатым воздухом, привязанные к нашим спинам, заставят хищницу помучиться несварением желудка.
И тут акула увидела нас. Последовало то, чего мы меньше всего ожидали: пораженная диким ужасом, хищница выбросила облачко испражнений и мгновенно улетучилась.

Еще по теме: